Видео/практический опыт, глубоко личный и экстремальный, снятый внутри ледника, пострадавшего от глобального потепления. Подобно тому, как камера эндоскопа исследует органы человека, странный персонаж исследует полости, образованные тающим льдом. Подобно чужеродному телу, он путешествует в глубины, обнажающие внутренние метаморфозы объекта, параллельно трансформируясь сам. В этом метафорическом пересечении, между перформативным актом, подвергающим сомнению физический опыт и реконструирующим опыт воображаемый, тело обнаруживает хрупкость природной среды, разрушаемой самими людьми. Этот опыт заканчивается звуками и однообразностью портовой территории. Эта неожиданная кульминация расширяет перспективы самого путешествия, предлагая зрителю возможность интерпретации работы с экологической точки зрения.

Это концептуальное видео — живописная сцена, сосредоточенная на изучении многогранности образа. Одновременно играя с иллюзией реальности внутри фильма и невозможностью нарративной и темпоральной линеарности, данная работа пытается понять многоуровневость значений, которые образ предлагает на суд зрителю. Различные ступени также переопределяют пространство фикции в его отношении к зрительскому взгляду. Видео также оказывается аллегорией свободы и заключения: птицы и их ритуалы некоторым образом соотносятся с человеческим поведением в их странном и бесконечном поиске абсолютной свободы.

Проекты был создан создан под влиянием современных образов регулярно повторяющихся стихийных бедствий. Поражающий своим количеством, данный тип изображения имеет пародоксальный двойственный эффект. С одной стороны, это делает такие огромные трагедии тривиальными, при этом умножая беспокойство по отношению к еще не случившимся несчастным случаям. При помощи глубоко личного подхода, концентрирующегося на присутствии человеческого тела в его чистом, первобытном состоянии, данный проект добивается создания уникального эмоционального и концептуального видения трагедии.

Перевёрнутая виртуальная картина из футуристических образов, возврат к древнему происхождению, начальное и конечное одновременно, связь с пылью создания мира и с землёй захоронений. Скульптурно-материальное тело, слепо уходящее в самое себя, ломается и распадается перед нашими собственными глазами. Полный цикл жизни завершен; кажется, что змея поедает свой собственный хвост. Зачаточный образ, который был создан Тореном, кажется уязвимым, несмотря на его каменную поверхность. Или же наоборот: образ забытого ископаемого обретает «природные» характеристики. Гиперреалистичная сцена, достигающая кульминационной точки в момент яркого взрыва в пространстве темноты.

«Атомная станция» — фильм, в центре внимания которого промышленный и природный ландшафт Исландии, а также переплетение культурных, экономических и экологических сил, формирующих этот остров. От туманных жарких весенний дней и лавовых полей к своеобразным структурам геотермальных электростанций в фильме создается драматический и изменчивый образ территории, дополняемый двумя перекликающимися голосами — из прошлого и настоящего.

«Парадокс множества (Футурология)» начинается с «изучения» футуристических сооружений, среди них Оклендская Башня Скай Тауэр, терминалы аэропорта, газовый танкер, башня Спейс-Нидл в Сиэтле. Каждая из этих, казалось бы, обычных и практических структур при зеркальном отражении приобретает черты фантастического Флэш Гордоновского города Будущего или оплота постапокалипсической военной силы будущего.